Сколько осталось жить Украине?

Напомним, референдум в Нидерландах о ратификации соглашения об ассоциации Украины и ЕС прошел 6 апреля 2016 года. Голландцы выступили против этого документа, и рекомендовали парламенту страны не поддерживать соглашение на официальном уровне.

Оффшорные скандалы по сути интересны лишь тем, что будет делать ослабленный политически президент. И чем это грозит экономике.

Ничего нового они нам не говорят, ведь никто не сомневался, что они есть. Но если широкому электорату было плевать на увольнение Сакварелидзе и статьи в американских газетах, то до их ума очень хорошо донесет Тимошенко, что деньги от повышения тарифов идут на оффшоры президента. И какие варианты остаются?

Чтобы рассматривать варианты выхода из кризиса, для начала следует разобраться в его причинах.

Главной причиной парламентского кризиса является отсутствие доверия, как между участниками политического процесса, так и доверия граждан к институтам власти, что и объясняет необходимость досрочных парламентских и президентских выборов.

Но - во-первых, восстановление взаимного доверия выглядит практически нереальным, а во-вторых, украинские политики просто не готовы нести ответственность за свои решения…

К сожалению, количество «договорняков» и история взаимоотношений между действующими политиками в парламенте и правительстве такова, что восстановление взаимного доверия выглядит малореалистичным.

Лучшим аргументом заставить политиков, находящихся у власти, брать на себя ответственность — это угроза выборов.

Однако, учитывая геополитические и опасные вызовы, здравый смысл советует рассуждать относительно этого инструмента очень осторожно.

К тому же опросы показывают значительный рост рейтингов популистов, поэтому ожидать, что следующая Верховная Рада будет лучше по качеству и более ответственной пока не стоит. Поэтому и здесь надежда только на давление: если общественность и эксперты могут «дожимать» действующих политиков, нужно использовать весь арсенал доступных средств, чтобы уже запущенные процессы не остановились.

Последние недели перед назначением нового правительства прошли в дискуссиях по обновлению правительства и его нового формата: останется ли «зло» политических квот, и во смогут ли во главе исполнительной власти стать беспартийные профессионалы – так называемые «технократы».

Технократическое правительство – это один из вариантов выхода из кризиса -переходный этап, потому что любое правительство должно раньше или позже получить мандат доверия граждан на выборах.

Технократическое правительство, конечно же, не панацея от всех бед, но пришедшие к власти кадры все-таки должны были бы попробовать завоевать расположение электората.

Идея работы «технократов» проста: создать короткий список самых приоритетных реформ, выбрать на каждую опытного менеджера из неполитического круга и определить точный срок окончания работы: без всяких «но» и «я бы».

Обеспечить поддержку Рады и «успокоить» политиков в случае избрания такого правительства имело бы отсутствие политических амбиций у его членов.

В условиях политического кризиса экспертное сообщество и активисты больше поддерживают именно идею «технократического» правительства.

И логика подсказывала, что премьер-министром необходимо было бы назначить Яресько, которая имела явную поддержку у Запада и которая в конце концов согласилась возглавить такое «технократическое правительство». Кандидатура Яресько, бесспорно, воспринимается лучше инвесторами и кредиторами.

Сейчас самый большой страх наших западных партнеров – концентрация власти в руках одной политической группы. Поэтому, конечно, кандидатура Натальи Яресько, бесспорно, воспринималась бы лучше инвесторами и кредиторами.

Это позволило бы Президенту выиграть симпатии у активной части общества и обеспечит финансовую поддержку доноров. И позволило бы со временем отыграть часть негатива. В своем роде, это была бы попытка перевернуть стол, позиции на котором уже не устраивают и любой ход приводит к ухудшению позиций. В этом случае президент-политик побеждал бы и попытался бы перехватить инициативу.

Затем нужно было посадить Труханова, назначить честного генпрокурора….

Вторым вариантом выхода из кризиса было бы восстановление коалиции в том или ином формате, которая в свою очередь восстановит «политическое» правительство.

К сожалению, этот вариант лишь отодвинет политический кризис во времени, так как распределение портфелей в правительстве, как мы видим, опять произошло не по профессиональным критериям, а по квотному принципу и политической лояльности.

Но, очевидно, такой подход не пришелся по душе ключевым игрокам и все пошло не так. Единственной альтернативной кандидатурой на такое правительство оказался действующий спикер.

Но анонсированное Владимиром Гройсманом участие в его правительстве отдельных министров - «технократов» (к примеру, из числа нынешних заместителей министра экономики) не делает его консолидированным и самостоятельным в решениях. Поэтому этот вариант также не снимает вопрос досрочных выборов.

Какими бы не были действия такого правительства, большую часть ответственности за все, что будет происходить, будет нести и конфигурация коалиции, которая его делегирует.

Однако, новый Премьер-министр – Владимир Гройсман - старый….друг Президента.

    Ведь уже совсем все равно, политически все потеряно и надо только максимизировать выручку за оставшийся короткий отрезок времени, и тогда Гройсман не самое страшное для него назначение. Тогда побеждает президент-бизнесмен.

To be or nor to be, it is a question.

Поэтому Владимир Гройсман не сможет принимать самостоятельные решения. Он –человек Президента. В нынешних экономических условиях нужна была такая кандидатура, которая в первую очередь обеспечит результат.

Если же степень сопротивления политическим влияниям и независимость премьер-министра будет означать блокирование его инициатив в парламенте, то можно поставить вопрос: а чем эта ситуация будет отличаться от прошлой, при Яценюке?

Если новый глава правительства будет еще одним «громоотводом» и будет тратить время на объяснение того, почему не идут реформы, то эффективность любой команды министров будет низкой.

А если новый премьер будет способен вести коммуникацию с парламентом в поддержку реформ, то придется снова задуматься над перспективой досрочных выборов.

Владимир Гройсман воспринимается пока в парламенте как лицо, приближенное к президенту, а общество вообще воспринимает такую ситуацию как узурпацию и циклевку «старых лиц», даже если новым спикером для баланса стал представитель Народного Фронта.

В такой ситуации сейчас любой премьер должен провести быстрые структурные реформы и наладить диалог с обществом.

Возвращение доверия общества – это единственный ресурс, на который можно опереться при нынешних раскладах в парламенте. Иначе – любые так называемые «реформы» неизбежны и губительны для Украины.

Кризис доверия и ответственности – вот основные причины кризиса в Украине. Если их не вернуть - досрочных выборов не избежать. Некоторые политики предполагают, что они могут состояться уже осенью.

Но, если политики смогут восстановить взаимодействие между правительством и Верховной Радой и продемонстрируют обществу реальные изменения в результате их синхронизированной работы, тогда, возможно, каденция этого парламента будет длиться дольше пессимистичных прогнозов.

Впрочем, из того, что мы видим, пока что дискуссия ведется на уровне личностей и политических лозунгов. Это касается не только правительства, но и политических сил.

Третий сектор должен поощрить граждан требовать от политиков коммуницировать с обществом не только на языке популизма и при помощи риторики разъединения. Иначе следующий парламент ничем не будет отличаться по качеству и еще быстрее превратится в источник деструктива.

Истории реформ пережили восточноевропейские страны. Там тоже имела место политическая нестабильность и выборы не раз в два года.

Ждет ли то же самое Украину и приведет ли это к смене политического ландшафта?

Возможно, что череда выборов через короткие промежутки времени станет тем механизмом, который очистит украинскую политику и приведет в нее новую, более качественную генерацию политиков. Такие частые выборы могли бы стать выходом на волне экономического роста и благосостояния.

Но когда людям нужно делать выбор между собственным кошельком и демократией, будет все труднее побудить их «затягивать пояса», а это путь к политической коррупции, если результаты реформ станут ощутимыми.

На формирование демократических партий снизу можно надеяться, только если у людей будут для этого деньги, а мелкий и средний бизнес увидит в таких партиях защиту собственных интересов и будет готов их финансировать. В конце концов, граждане сами не должны сидеть и ждать новой генерации политиков – нужно идти во власть и быть настоящими «новыми лицами», в отличие от раскрученных политических брендов.

Однако, нельзя рассматривать ситуацию обособленно: вроде у нас нет войны, нет желания России видеть обескровленную и недееспособную Украину.

К сожалению, украинские партии правильнее называть политическими проектами, а не партиями.

Отсутствие реальной идеологии, стремление к власти не ради реализации программ, а ради доступа к «корыту» - вот основные характерные черты украинского политикума.

Нет у украинских партий ни реальных идеологий, внутренней партийной демократии и прочих атрибутов зрелой и ответственной политической силы.

Следует помнить, что партии становятся партиями не за факт их регистрации и участия в выборах, а за факт совместной позиций многих активных людей и лидеров, которые способны договориться о совместных действиях и организованном участии в выборах. Без мощной горизонтальной самоорганизации у Украины нет шансов получить демократические партии.

Хорошо, что украинцы уже имеют такой опыт, учитывая два Майдана.

Плохо, что это объединение против кого-то, чаще персональное, а не систематическое отстаивание общих интересов и работа, как говорят, на уровне собственного дома и улицы.

Пока что сложно назвать партии, у которых есть внутрипартийная демократия, дискуссия и уважение к мнению меньшинства, и которые активно присутствуют в публичном поле, кроме нескольких исключений.

Перед местными выборами были внесены изменения в избирательное законодательство, однако они сделали избирательную систему не прозрачнее, а запутаннее. Сейчас вновь раздаются призывы к изменению избирательного закона.

На момент принятия закона о местных выборах эксперты уже подготовили альтернативный вариант закона, который соответствовал лучшим мировым практикам.

Но политики не поддержали его, склонившись к варианту подковерного «договорняка». Мы еще по-настоящему не испытали систему открытых списков, в условиях, когда у нас остается смешанная пропорционально-мажоритарная система.

Конечно, каждая избирательная система имеет свои недостатки и уязвимость к коррупционным рискам. Пока общество «больно» коррупцией и бедно, чистым просветительством и идеальным законодательством полностью исправить ситуацию не удастся.

Общество бедных людей – лучшая почва для политической коррупции, неосознанного выбора и популизма.

Политическим партиям и правительству следует решить главную этическую дилемму: заботиться о благосостоянии граждан и нарываться на постоянный сознательный выбор – или держать общество в холодных тисках бедности, однако всегда получать электоральный урожай, удобренный популизмом.

Возможно дело исправит новый Закон о государственном финансировании?

Это положительное явление, но он заработает только тогда, когда будет открыта вся информация о тех, кто финансирует политические партии. В перспективе, он сможет стимулировать внутреннюю демократию в партиях, если региональные отделения будут получать адекватную часть «финансового пирога» и не будут выполнять роль исключительно статистов для руководства партий. Партии должны иметь реально действующие региональные ячейки и создавать вертикальные лифты для активной части граждан, быть каналом попадания активных членов в «большую политику».

В то же время без ограничения наружной агитации во время выборов и жесткого контроля заказной «джинсы» в СМИ перспектива полностью избавиться от влияния крупного бизнеса на политику выглядит туманной. Активность общественности, независимые медиа, другие механизмы контроля – неотъемлемые составляющие для большей прозрачности и подотчетности политических партий, безотносительно к их бюджетному финансированию.

По некоторым данным, запас прочности Украины иссякнет к концу 2016 года.

18 аперля 2016 года об этом заявил журналистам лидер движения «Правый Сектор» Дмитрий Ярош.

Ссылаясь на пессимистичные прогнозы Службы безопасности Украины и Совета по национальной обороны и безопасности (СНБО) Дмитрий Ярош заявил, что текущая украинская власть является «пластилиновой», поэтому и защищать ее силовики не собираются.

«Сейчас речь идет о двуединой задаче, которую мы ставим перед собой. Во-первых, сохранить государство. Потому что с такой политикой нынешней власти мы все находимся под большой угрозой ликвидации государства», — подчеркнул лидер «Правого сектора» в интервью украинскому изданию «Мир».

В этой связи характерно отношение Президента Украины к проблеме возвращения Надежды Савченко в Украину.

Порошенко, по данным многих аналитиков, был уверен, что Россия ни в коем случае не позволит Савченко вернуться на родину, его заявления были очень громкими – он объявлял летчицу героем страны и мученицей, обещая приложить все усилия, чтобы вернуть её домой.

 

Как свидетельствует анализ действий Президента он осознал возможные последствия возвращения Нади.

А последствия, скорее всего, будут такими: Савченко состоит в оппозиционной партии «Батькивщина», и её героическое возвращение поднимет рейтинги партии на невиданные высоты. Понятное дело, что Тимошенко не упустит такой возможности «взять своё», и президентское кресло Петра Порошенко, которое и без того уже шатается, окажется под сильной угрозой.

Несмотря на все вышеперечисленное Надежда все-таки может вернуться.

Адвокат Савченко Марк Фейгин дал интервью РИА Новости, в котором заявил:

«Я получал заявление Савченко о ее согласии на выдачу для отбывания наказания в Украину. По процедуре ей должны были поступить документы для заполнения, которые запустят этот процесс. Полагаю, что да, процедура началась, но надо понимать, что она не быстрая и может занять от месяца до двух».

Как сложиться судьба Надежды Савченко, пока, неизвестно, но Президент похоже,  существует в другой реальности, понять которую мы до конца не можем.

 

С уважением, Василь Всепомнящий.